не связанных с изоляцией от общества

Аспекты отнесения наказания к числу других,

Долгое время в нашей стране существовал стереотип об эффективности серьезных мер наказания, сначала – лишения свободы. Применение лишения свободы в качестве фактически безальтернативного наказания было обосновано созданием с первых лет русской власти разветвленной системы пенитенциарных учреждений, и, сначала, лагерей, в каких содержалось большущее число заключенных. Последнее не связанных с изоляцией от общества было вызвано концепцией социальной защиты, принятой на вооружение после 1917 г., также утилитарным подходом к наказанию, другими словами направленностью на его окупаемость и решение за счет принудительного труда осужденных муниципальных хозяйственных задач. Как следует, в нашей стране был верно отлажен механизм реализации конкретно этого наказания (не считая смертной экзекуции не связанных с изоляцией от общества), что давало арбитрам весомый аргумент его внедрения под предлогом надежности заслуги целей наказания. К огорчению, и сейчас в правоохранительной и судебной деятельности доминируют карательные притязания. Этим, также недостаточной урегулированностью выполнения наказаний без изоляции от общества, в главном, и обосновано еще пока недостаточно обширное их применение. Сами определения «наказания без не связанных с изоляцией от общества изоляции от общества» и «альтернативные наказания» появились в Рф не так давно, в связи с корректировкой государственной уголовной политики в направлении увеличения эффективности наказания как 1-го из главных средств противодействия преступности.

Вследствие этого появляется неувязка обозначения наказаний, которые в большинстве собственном сейчас являются предметом деятельности уголовно-исполнительных инспекций. От правильного и не связанных с изоляцией от общества единообразного внедрения терминологии зависит точное определение сферы компетенции обозначенных органов, единообразие законодательства и его толкования в правоприменительной практике. В ближайшее время в литературе устоялся термин «альтернативные наказания», под которыми в науке принято осознавать «такие меры муниципального принуждения, которые выражаются в принудительном воздействии на лицо, виноватое в совершении злодеяния, не не связанных с изоляцией от общества связаны с изоляцией от общества, но являются ее адекватной подменой в согласовании с нравом и степенью публичной угрозы содеянного и преследуют цели восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, общего и специального предупреждения совершения новых преступлений». Данный термин полностью допустим для обозначения таких наказаний на филистерском уровне, в публицистике не связанных с изоляцией от общества, даже научной литературе. Но для официального обозначения этих наказаний он не подходит, так как у нас единая система наказаний и в этом смысле никаких других, т. е. «альтернативных», наказаний не существует. Данное понятие отражает не суть, а быстрее, эмоциональное отношение людей к использованию лишения свободы как универсального карательного средства не связанных с изоляцией от общества. Для практических целей еще больше подходит термин «наказания без изоляции от общества». Во-1-х, он обозначает специфику механизма их воздействия на осужденных. Во-2-х, позволяет отграничить их от смертной экзекуции и телесных наказаний (при рассмотрении истории вопроса). Но также нередко применяемое понятие «наказания, не связанные с лишением свободы» не не связанных с изоляцией от общества полностью успешно, так как обхватывает последние из обозначенных наказаний. Это, очевидно, не дает верно очертить круг таких наказаний, а тем паче раскрыть их социально-правовую природу как средств гуманизации уголовной политики.

В текущее время этот термин получил обширное распространение в науке уголовного права. Трудности других наказаний стали предметом активного обсуждения не связанных с изоляцией от общества на научных форумах, при всем этом необходимо отметить, что уже в их заглавиях наблюдается неурядица терминов[1]. Согласно УК РФ 1996 г., система наказаний строится от наименее серьезного наказания к более серьезному, и в этой системе, по воззрению С.И. Дементьева, А.С. Михлина, В.М. Хомича, В.А Якушина, должна не связанных с изоляцией от общества быть заменяемость т.е. кандидатура наказаний 1-го другим в процессе его исполнения[2].

Для отнесения наказаний к числу других И.В. Дворянсков, В.В. Сергеева, Д.Е. Баталин считают нужным выделить два аспекта:

– другой, ежели изоляция от общества, механизм воздействия на осужденного;

– статус наказания как основного, в согласовании с которым оно не связанных с изоляцией от общества могло бы рассматриваться вместе с лишением свободы на равных основаниях при определении меры ответственности лицу, признанному виноватым в совершении злодеяния, и применяться конкретно заместо лишения свободы, а не наряду с ним, за другие криминальные деяния[3]. В этом случае в расчет не берутся наказания, которые могут быть только дополнительными не связанных с изоляцией от общества, т. е. быть средством индивидуализации при конструировании и применении кумулятивной санкции, дополняя основное наказание. К ним относятся лишение специального, воинского либо знатного звания, потрясающего чина и муниципальных наград[4].

На основании этого И.В. Дворянсков и В.А. Зайченко под другими наказаниями понимают такие меры муниципального принуждения, которые выражаются в не связанных с изоляцией от общества принудительном воздействии на лицо, виноватое в совершении злодеяния, не связаны с изоляцией от общества, но являются ее адекватной подменой в согласовании с нравом и степенью публичной угрозы содеянного, также преследуют цели восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, общего и специального предупреждения совершения новых преступлений[5].

Для того чтоб найти точные не связанных с изоляцией от общества аспекты, по которым то либо другое наказание относится к данной группе, нужно выделить их соответствующие черты. Основанием выделения данных видов наказания в отдельную группу, сначала послужило то событие, что их выполнение не связано с изоляцией от общества. Эта самая соответствующая черта отличает эти наказания от тех, которые связаны с изоляцией не связанных с изоляцией от общества от общества. Другие наказания несут наименьшую степень кары в отличие от наказаний связанных с изоляцией от общества.

Вторым основанием служит то, что большая часть других наказаний подразумевают для осужденного вещественные ограничения, другими словами валютные либо имущественные взыскания. К примеру, штраф представляет собой валютные взыскания, которые исчисляются в размере от не связанных с изоляцией от общества 2-ух тыщ пятисот до 1-го миллиона рублей, либо в размере зарплаты, либо другого дохода осужденного за период от 2-ух недель до 5 лет. В базе наказания в виде исправительных работ лежат удержания зарплаты осужденного в границах от 5 до 20 процентов каждый месяц, другими словами постоянное недополучение определенной части дохода в не связанных с изоляцией от общества период от 2-ух месяцев до 2-ух лет. Неотклонимые работы подразумевают выполнение осужденным в свободное от основной работы либо учебы время бесплатных общественно нужных работ. Не так очевидно этот признак выражается в наказании в виде лишения права занимать определенные должности либо заниматься определенной деятельностью.

Еще одним основанием будет то, что не связанных с изоляцией от общества при отбытии наказания, не связанного с изоляцией от общества, осужденный может проживать дома. Могут только вводиться определенные ограничения свободы, передвижения. Так же нужно ставить в известность уголовно-исполнительную инспекцию о смене места жительства. Но, все же, проживают осужденные дома.

Осужденный может продолжать трудиться на прежнем рабочем месте, кроме не связанных с изоляцией от общества запрета занимать определенные должности, заниматься определенной деятельностью. Наказание может исполнять муниципальный орган, для которого данная деятельность не является основой. Это относятся к наказаниям, исполняемым трибуналом, даже в случаях, выполнения наказания службой судебных приставов.

При выполнении наказания уголовно-исполнительной инспекцией (спец муниципальный орган, сделанный конкретно для выполнения наказаний) довольно верно не связанных с изоляцией от общества выслеживаются отличия от деятельности исправительных учреждений, арестных домов либо дисциплинарных воинских частей, исполняющих наказания, связанные с изоляцией от общества. Отсутствие изоляции человека от общества значительно понижает карательный потенциал используемого наказания и заносит некий элемент добровольности в его выполнение. В этой связи уголовно-исполнительные инспекции в значимой мере заняты не не связанных с изоляцией от общества столько исполнением, сколько контролем выполнения наказания. У уголовно-исполнительных инспекций отсутствует право использовать поощрения и взыскания по отношению к осужденным. Этим, как и организацией труда осужденных, контролем его количества и свойства, заняты предприятия и учреждения, в каких работают осужденные.

Совсем особенное место в рассматриваемой группе занимает наказание в виде ограничения свободы. При не связанных с изоляцией от общества этом 1-ый момент, обращающий на себя внимание, не относится к выполнению конкретно этого наказания.

Ст. 36 УИК РФ определяет порядок исчисления срока наказания в виде лишения права занимать определенные должности либо заниматься определенной деятельностью. В случае предназначения этого наказания в качестве дополнительного срок исчисляется по-разному зависимо не связанных с изоляцией от общества от того, дополнительным к какому наказанию оно назначено. При предназначении в качестве дополнительного к штрафу, неотклонимым работам либо к исправительным работам срок исчисляется с момента вступления приговора в легитимную силу. Если рассматриваемое наказание назначено в качестве дополнительного к ограничению свободы, аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части либо лишению свободы, «срок не связанных с изоляцией от общества обозначенного наказания исчисляется соответственно со денька освобождения осужденного из исправительного центра, из-под ареста, из дисциплинарной воинской части либо из исправительного учреждения». Относительно ареста, содержания в дисциплинарной воинской части и лишения свободы все понятно – они все могут быть отнесены к «связанным с изоляцией от общества». В критериях изоляции не связанных с изоляцией от общества осужденный не может занимать нелегальные для него должности и для него проблемно заниматься нелегальной деятельностью. Но в этом же списке находится и ограничение свободы – наказание, помещенное в УИК РФ в раздел не связанных с этой самой изоляцией.

Проанализировав порядок и условия выполнения (отбывания) ограничения свободы, можно сделать вывод, что данное не связанных с изоляцией от общества наказание не соответствует ни одному из отмеченных выше критериев. Во-1-х, наказание в виде ограничения свободы на сто процентов лишено любых частей валютного (либо имущественного) взыскания. Если осужденный к ограничению свободы работает, то из его зарплаты не делается никаких удержаний, обусловленных исполнением наказания. Во-2-х, осужденный к ограничении свободы не связанных с изоляцией от общества не проживает дома. В согласовании со ст. 47 УИК РФ, «осужденные к ограничению свободы отбывают наказание в особых учреждениях – исправительных центрах, обычно, в границах местности субъекта Русской Федерации, в каком они проживали либо были осуждены». По аналогии с ранее существовавшими спецкомендатурами органов внутренних дел можно было бы представить, что сеть исправительных центров не связанных с изоляцией от общества будет относительно густой. Утверждать это с той либо другой степенью достоверности пока не приходится, тяжело представить, по какому пути пойдет практика со времени сотворения в дальнейшем этих видов учреждений. Но совсем ясно, это будет проживание не по прежнему месту проживания. В-3-х, осужденный не трудится по не связанных с изоляцией от общества прежнему месту работы. Осужденные должны «работать там, куда они ориентированы администрацией исправительного центра» (п. «б» ч. 3 ст. 50 УИК РФ). И, в конце концов, наказание в виде ограничения свободы исполняется специально для этого создаваемыми учреждениями – исправительными центрами. Орган местного самоуправления по представлению территориального органа уголовно-исполнительной системы, согласованному с органом внутренних дел, определяет не связанных с изоляцией от общества границы местности исправительного центра (ч. 1 ст. 50 УИК РФ), за границы которой осужденный не вправе выходить без разрешения на то администрации центра (п. «в» ч. 3 ст. 50 УИК РФ). На местности данного учреждения должны действовать Правила внутреннего распорядка исправительных центров, которым должны подчиняться не только лишь осужденные, да и другие не связанных с изоляцией от общества лица, находящиеся на этой местности. Осужденные не имеют на руках паспортов либо заменяющих их документов, заместо этого они должны повсевременно иметь при для себя «документ установленного эталона, удостоверяющий личность» (п. «е» ч. 3 ст. 50 УИК РФ). Для осужденных, находящихся в исправительных центрах, устанавливается список предметов и веществ, нелегальных к не связанных с изоляцией от общества хранению и приобретению (ч. 6 ст. 50 УИК РФ). Осужденные, также помещения, в каких они проживают, могут подвергаться обыску, а вещи осужденных – досмотру (ч. 7 ст. 50 УИК РФ). По сопоставлению с другими наказаниями, не связанными с изоляцией от общества, при выполнении ограничения свободы администрация исполняющего наказание учреждения (исправительного центра) пользуется довольно широкими дисциплинарными не связанных с изоляцией от общества правами по отношению к осужденным – статьи 57 и 58 УИК РФ содержат списки поощрений и взысканий, используемых к отбывающим это наказание. При этом посреди взысканий бытует водворение в дисциплинарный изолятор сроком до 15 суток (п. «в» ч. 2 ст. 58 УИК РФ), другими словами помещение в условия, которые по аналогии с другими видами наказания не связанных с изоляцией от общества могут быть названы критериями «строгой изоляции», что достаточно удивительно для наказания, не связанного (de jure) с изоляцией как такой. Осужденные, отбывающие ограничение свободы, организуются в отряды (как в исправительных учреждениях).

Статья 13 УИК РФ, гарантирующая право осужденных на личную безопасность, регламентирует порядок реализации этого права в отношении отбывающих не связанных с изоляцией от общества арест, лишение свободы и ограничение свободы. Другими словами вновь ограничение свободы бытует вкупе с наказаниями, связанными с изоляцией от общества. Подобная картина выявляется и в отношении регламентации порядка освобождения от отбывания наказания. Предусмотрен единый порядок освобождения от таких видов наказаний, как арест, лишение свободы и ограничение свободы. Описанные выше не связанных с изоляцией от общества условия, предусмотренные для выполнения (отбывания) ограничения свободы, почти во всем (если не в большинстве собственном) соответствуют условиям выполнения (отбывания) наказания в колониях-поселениях (см. ст. 129 УИК РФ). Но есть очень большое отличие – колонии-поселения исполняют лишение свободы. В итоге для 2-ух различных осужденных, отбывающих наказания за подобные злодеяния в практически схожих не связанных с изоляцией от общества критериях, это будет иметь кардинально различные правовые последствия. При самовольном оставлении исправительного центра без почтительных обстоятельств это будет квалифицировано как злостное уклонение от отбывания наказания и угрожает осужденному подменой неотбытой части срока на лишение свободы. Аналогичное оставление колонии-поселения будет квалифицироваться по ст. 313 УК РФ как побег из не связанных с изоляцией от общества места лишения свободы. А это – новое осуждение, новый срок, отбывание наказания в исправительной колонии серьезного режима, при этом человек (как совершивший предумышленное грех в период отбывания лишения свободы) будет сразу помещен в строгие условия отбывания наказания. Если оба наши осужденные отбывали наказание в первый раз и до снятия либо не связанных с изоляцией от общества погашения судимости вновь сделали предумышленное грех (допустим, тяжкое), за которое из осудили к лишению свободы, то какой-то из них (отбывавший наказание в исправительном центре) будет ориентирован в исправительную колонию общего режима, 2-ой (тот, что содержался в колонии-поселении) – в колонию строго режима. Но даже если эти два не связанных с изоляцией от общества человека отбыли наказание и никогда более не совершали злодеяний, последствия для их все равно значительно различаются. Срок судимости для лиц, осуждавшихся к наказаниям более мягеньким, чем лишение свободы (каковым является ограничение свободы), предусмотрен в один год; для осуждавшихся к лишению свободы за злодеяния маленькой либо средней тяжести (т.е не связанных с изоляцией от общества. когда лишение свободы может отбываться в колонии-поселении) – три года. Описанная выше ситуация, при всей ее наружной парадоксальности, является в известной степени закономерной. Дело в том, что достаточно длительное время высказывались предложения отрешиться от варианта отбывания лишения свободы в колониях-поселениях и конвертировать его в самостоятельный вид наказания - ограничение свободы. Но, как не связанных с изоляцией от общества это бывает у нас довольно нередко, одолел компромиссный вариант. Новый вид наказания – ограничение свободы – был введен в список наказаний, при сохранении выполнения лишения свободы в колониях-поселениях. Возможно, это был бы вправду лучший вариант – выполнение ограничения свободы в колониях-поселениях. Но если исходить из действующего законодательства и учесть не связанных с изоляцией от общества разительные отличия ограничения свободы от других наказаний, не связанных с изоляцией от общества, было бы логичным вывести его из соответственного раздела УИК РФ.

Таким макаром, суть других наказаний заключается в их способности выступить самостоятельной кандидатурой наказаниям, связанным с изоляцией осужденного от общества. Следует выделять два аспекта отнесения наказания к числу не связанных с изоляцией от общества других:

• другой, ежели изоляция от общества, механизм воздействия на осужденного;

• статус наказания как основного, в согласовании с которым оно могло бы рассматриваться вместе с лишением свободы на равных основаниях при определении меры ответственности лицу, признанному виноватым в совершении злодеяния и применяться конкретно заместо лишения свободы, а не не связанных с изоляцией от общества наряду с ним, за другие криминальные деяния.

Исходя из произнесенного, другими наказаниями следует считать такие меры муниципального принуждения, которые выражаются в принудительном воздействии на лицо, виноватое в совершении злодеяния, не связаны с изоляцией от общества, но являются ее адекватной подменой в согласовании с нравом и степенью публичной угрозы содеянного и не связанных с изоляцией от общества преследуют цели восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, общего и специального предупреждения совершения новых злодеяний.


[1] Интернациональный семинар «Содействие становлению механизма реализации других мер наказания в Русской Федерации» (Самара, 24–27 марта 2002 г.), интернациональная конференция «Развитие других санкций в русской уголовной юстиции: опыт и перспективы» (Москва, 29–30 мая 2002 г.), интернациональная конференция «Альтернативные не связанных с изоляцией от общества санкции в русской уголовной юстиции: причины успеха» (Москва-Виноградово, 5–7 июня 2003 г.), интернациональная конференция «Проблемы выполнения уголовных наказаний, не связанных с лишением свободы, и внедрения других мер уголовно-правового нрава в отношении несовершеннолетних» (Вологда, ВИПЭ ФСИН Рф, 2006 г.), интернациональная конференция «Альтернативы уголовному преследованию в Центральной Азии: современное состояние и перспективы не связанных с изоляцией от общества развития» (Алматы, 4–5 июня 2007 г.), интернациональная конференция «Государственная политика в области предназначения и выполнения уголовных наказаний» (Вологда, 20–21 ноября 2008 г.) и д.

[2] См.: Энциклопедия уголовного права. Т. 8. Уголовщина и наказание. СПб., 2007. С. 225.

[3] См.: Дворянсков И.В., Сергеева В.В., Баталин Д.Е. Применение других видов наказания в Западной Европе, США и Рф. М., 2003. С не связанных с изоляцией от общества. 9.

[4] См.: Дворянсков И.В. Эффективность других наказаний. – М.: Юнити-Дана, 2005. – С. 17.

[5] См.: Дворянсков И.В. Эффективность других наказаний. М., 2000. С. 47; Зайченко В.А. Другие лишению свободы наказания как средство оптимизации системы уголовных наказаний в США: дис. ... канд. юрид. наук. Самара, 2005. С. 5.


nedelya-5-vosstanavlivaem-chuvstvo-vozmozhnosti.html
nedelya-8-ya-po-pyatidesyatnice-o-nasishenii-iisusom-hristom-pyatyu-hlebami-pyati-tisyach-chelovek.html
nedelya-dobra-v-detskom-otdele-analiticheskaya-spravka-po-rabote-bibliotek-cbs-kmr-s-detmi-za-2011-god.html